Эвристическая направленность методологии - Публицистика, творчество, функции СМИ

Обобщение — это переход в результате исследования конкретного предмета, к пониманию изучаемого («отдельного») как единства общего — особенного — единичного. Если эта операция проделана, то — в зависимости от ее точности — уже можно оперировать «общим» (не забывая, что оно специфически и прочно связано с особенным и единичным). Притом при необходимости от менее общего идти к более общему.

Как, например, выявить, что является «общим» для характеристики «журналистских текстов» и определяющим, стало быть, сущность публицистики? Одни предлагают видеть общее в «публикации» — опубликованности в СМИ (между прочим, до сих пор все публикации в СМИ считаются принадлежащими к одному роду творчества и называются «газетными/радио/телевизион­ными жанрами»). Другие настаивали на том, что основа публицистики — полемика. Третьи зачисляли публицистику в разряд произведений на общественно-политические темы. Все эти абстракции уязвимы: ни одна из них не дает глубинного представления о сущности публицистики, причем первая характеристика слишком «широка» и к тому же не выделяет специфического начала, другая имеет лишь частичное применение, третья не учитывает устных и др. форм, причем опять-таки слишком широка. Хотя в каждой есть своя правда — но частная, имеющая отношение к особенному и единичному в публицистике. Значит, надо было, изучая «журналистские произведения», «отсекать» такие тексты, которые публикуются в журналистике, но являются по своей природе художественными или научными (в их «приспособленных» для журналистики разновидностях) искать более точную общую характеристику, выявляющую сущность публицистики как типа творчества. Так возникла идея: «публицистика — контрагент общественного мнения».'Отсюда понятно: в творчестве журналистов-публицистов на более высоком уровне «повторяются» свойства общественного мнения. Тогда и только тогда возникла критически важная для обобщения возможность с этих позиций объяснить специфику «журналистского творчества», выявить критерии его качества и эффективности. На этой базе появляются основания включить в новую концепцию все верное, достигнутое ранее, соотнести свойства этого типа творчества с другими (наука и искусство), получить базу для адекватного анализа творчества публицистов прошлого и настоящего, даже возможность «заглянуть» в будущее...

Абстрагирование предполагает внимательное и бережное «вычерпывание» сущностных сторон предмета по частям и «без потерь», особенно в сложно организованных объектах. К сожалению, часто стремление посредством анализа выделить главную абстракцию, своего рода «клеточку», «ядро» изучаемого предмета, игнорируя сложность предмета исследования приводит к грубой абстрактности, подрывающей доверие к самой идее абстрагирования как поиска существенного (и тогда презрительно говорят об оторванности ученого от жизни). Например, стремление найти одну-единственную характеристику функций СМИ (а их, представляется, множество, притом существенных) привело к идее, что функциональная специфика журналистики — перевод содержания специализированного сознания в сознание массовое. Тут тоже есть доля истины: журналист должен быть образованным человеком, и только тогда он сможет, избегая поверхностности и ошибок, эффективно работать в СМИ. Но это узкая, односторонняя и, более того, неспецифическая характеристика функций СМИ, и ее можно интерпретировать как требование популяризаторства.

Все неточности и заблуждения при абстрагировании зависят оттого, что исследователь плохо вглядывается в онтологические, глубинно-природные свойства предмета и останавливает свой взгляд на частном и поверхностном. К ошибкам приводит и априорное выдвижение принимаемых как реальные основания постулатов, содержание и совокупность которых субъективны и которые потому недоступны проверке. Тогда и возникает замечание: «abstrus!».